Как реально бороться с наркотиками, а не сажать за глупость, выясняли депутаты и правозащитники.

KYKY

Как реально бороться с наркотиками, а не сажать за глупость, выясняли депутаты и правозащитники.

«Мы боремся против наркоманов, а где те, которые сегодня партиями поставляют эту наркоту в Беларусь?» — недавно заявил президент Беларуси. Всем понятно, что ужесточение законодательства не решает главную проблему наркомании в стране. Сегодня, 3 марта, был проведен круглый стол по этому вопросу, который организовала депутат Анна Канопацкая, пишет TUT.BY.

Депутат сформулировала конкретные вопросы, которые касались «перегибов» 328-й «наркотической» статьи. На обсуждение этих вопросов собрались правозащитники, матери осужденных, представители Верховного суда, Следственного комитета, Генеральной прокуратуры, РНПЦ психического здоровья. Главная претензия со стороны родственников осужденных не меняется годами: работа ведется не на выявление наркоторговцев, а на статистику. Тогда жертвами становятся наркопотребители. Матери и правозащитники считают, что в некоторых случаях доказательства неубедительные: часто единственными свидетелями становятся оперативники, которые проводили задержание, или еще один употреблявший, который сотрудничает со следствием. Кроме того, часто в деле отсутствует объективная сторона преступления.

«Во всех процессуальных документах, с которыми мне пришлось столкнуться, пишется ставшая шаблонной фраза: «Обвиняемый в неустановленное время в неустановленном месте у неустановленного лица приобрел какое-то количество наркотических средств». Подобная формулировка предполагает отсутствие объективной стороны преступления. Почему на это не обращает внимание ни прокуратура, ни другие надзорные органы?» — спрашивает Инна Петрович из инициативы «Наше право». Ей отвечает представитель СК Андрей Шимко: «Если точное время нельзя установить, это не говорит о том, что преступления не было, верно? Именно поэтому такая формулировка используется. Если у нас нет данных о том, где задержанный приобрел наркотики, это же не значит, что он не совершал преступление?»

Родственники имеют претензии к тому, каким образом следователи определяют, был ли у подозреваемых умысел сбыта. На основании чего выясняется умысел? Прозвучал ответ: по опыту следствия. Так и преступление квалифицируется как особо тяжкое.

Лиана Шуба, представительница движения «Матери 328», привела статистику: с 2012-го по 2017 год за оборот наркотиков было осуждено 16 с половиной тысяч человек. По отчетам МВД, 60 процентов всех преступлений было связано со сбытом наркотических средств, за который лишают свободы не менее чем на 5 лет. Она отметила: «По статистике, которую озвучил Казакевич (начальник главного управления по наркоконтролю и противодействию торговле людьми криминальной милиции МВД), в прошлом году на свободу вышло 1600 человек. 1000 из них отбыли полный срок, 600 вышли по УДО. По усредненным подсчетам, на данный момент в местах лишения свободы находятся 10 тысяч человек. Хотя МВД озвучивает другое число — 6883 человека. У меня вопрос: где теряются еще три тысячи?»

Кроме того, она заострила внимание, в Беларуси отсутствует понятие врачебной тайны, когда дело касается наркозависимых: любой врач по требованию сотрудника МВД обязан предоставить информацию о своем пациенте. Алексей Кралько отметил: задача врачей-наркологов — лечить: «Пациент должен иметь возможность получить доступную качественную помощь, и чтобы ему ничего за это не было. Официальная статистика дает снижение количества официально зарегистрированных наркопотребителей. За 2017 год их насчитали 8025 человек, еще 5046 стоят на профучете. Однако мы понимаем, что есть большая прослойка латентных наркоманов. В 2015 году предварительная оценка давала 66 500 наркопотребителей в республике. Но от того, посчитаем мы их или нет, ситуация вряд ли изменится. Нам нужно думать, как повлиять на ситуацию. Нам нужна мотивационная наркология, чтобы развивались низкопороговые программы, чтобы пациенты обращались».

Статистика МВД показывает, что количество задержаний в общественных местах за нахождение под веществами, в последнее время не снизилось, а выросло примерно на треть. На круглом столе отметили: «Это говорит о том, что ужесточение наказания не снимает проблему. Ведь сбытчики по-прежнему остаются на свободе, а в тюрьмах сидят молодые ребята, по глупости попавшие на 10 лет за 0,3 грамма».

Представитель Генпрокуратуры Тарас Гончар рассказал, что сейчас рассматривается вопрос о том, чтобы дифференцировать наказание за размер наркотических веществ: «Этот вопрос рассматривается с учетом опыта Российской Федерации. Есть утвержденный Советом министров перечень психотропных наркотических веществ, где в некоторых случаях указан размер, в некоторых — нет. Эта проблема видится и сейчас прорабатывается. Какую реализацию она получит, я пока не готов сказать». Такое предложение поступило и от депутата Анны Канопацкой: «На данный момент мы предлагаем установить разные степени размера, как для экономических преступлений: крупный, значительный, особо крупный размер. Также есть предложение вывести часть правонарушений из юрисдикции Уголовного кодекса и ввести их в Административный. Кроме этого, депутат просит о снижении нижней границы санкции на 2−3 года: не от 8 лет, а от 5, например».

Рекомендуем прочитать

Отправить ответ

avatar
7777
  Подписаться  
Уведомить