Закрыто дело против активистки «движения 328»: ее подозревали в оскорблении прокурора на Facebook.

Источник

Закрыто уголовное дело в отношении участницы движения «Матери 328» Марины Мацулевич. Ее подозревали в оскорблении прокурора в одном из постов на своей странице на Facebook. Спустя пять месяцев расследования следователи пришли к выводу, что в действиях женщины нет состава преступления.

Закрыто дело против активистки «движения 328»: ее подозревали в оскорблении прокурора на Facebook.

Марина Мацулевич — одна из участниц движения «Матери 328», которое добивается смягчения наказания для людей, осужденных за оборот наркотиков. Ее сына осудили на 13 лет по статье 328 УК, из-за несогласия с приговором осенью 2018-го она вместе с другой матерью даже голодала у стен СИЗО в Минске.

Женщина не только оспаривает приговор сыну, но и до суда жаловалась в различные инстанции по поводу нарушения закона при расследовании. О чем и пишет в соцсетях.

А в мае к ней пришли с обыском и заявили, что возбуждено уголовное дело по ст. 369 Уголовного кодекса — якобы за оскорбление прокурора в записи на Facebook.

Потребовалось пять месяцев разбирательств и несколько экспертиз, после которых Центральный районный отдел Следственного комитета по Минску принял решение прекратить дело. 18 октября с Марины Мацулевич сняли подозрения «за отсутствием в ее действиях состава преступления».

«Прокурорам не понравился один из моих постов, но вместо того, чтобы выяснить мои претензии, один из них, сотрудник Генпрокуратуры Семенов, принял сообщение за оскорбление», — рассказала TUT.BY женщина.

Она с этим не согласилась и писала встречные жалобы, требуя в таком случае завести дело по ст. 197 Уголовного кодекса — «Преследование граждан за критику». Экспертизы, по словам Марины, потом показали, что она использовала общеупотребимую лексику, а оскорблений прокурора нет.

В то же время собеседница говорит, что узнала не все выражения из предъявленных постов, поэтому есть подозрение, что страницу могли взломать и внести изменения. Так как пост датируется декабрем 2018-го, а еще в феврале (то есть до жалобы прокурора) она заподозрила взлом и меняла пароли.

«Там оказались слова, которые я не помню. Но проверить, был ли несанкционированный доступ к моему компьютеру, установить не удалось — за этот период уже не сохранились IP-адреса. А можно взломать аккаунт, внести изменения и любого обвинить. Но надо еще доказать, что это была я», — говорит женщина.

Что касается сотрудника Генпрокуратуры, то когда-то Марина Мацулевич действительно общалась с ним. Ему на рассмотрение попала ее жалоба, в которой еще до суда над сыном женщина писала, что якобы прокуроры незаконно возбудили дело и надо провести проверку. Но вместо разбирательства ее письмо просто переслали в суд.

«А в деле было столько нарушений, их признали потом: меры реагирования принимали в отношении следователей, прокурора, вынесли частное определение в адрес судьи. И дело в отношении сына я считаю незаконным. Если бы прокурор Семенов проверил это до суда… А не потом, когда разбирались прокуратура Минска и Центральный аппарат СК, которые выявили нарушения, которые не нашел он. Я писала критику, что не согласна с такой работой, и вывешивала полученные ответы».

Марина Мацулевич говорит, что эксперты изучали не только запись о прокуроре, но и другие, где упоминались иные люди. Но в итоге по этим подозрениям в возбуждении уголовных дел по ст. 188 или 189 УК («Клевета» и «Оскорбление») было отказано.

>
Пролистать наверх